Психологи говорят, что сигарета дает курильщикам ни с чем несравнимое удовольствие и умиротворение. Это только кажется, что в процессе курения задействованы только легкие курильщика.

На самом же деле во время курения работают и руки, и рот, и центр удовольствия, который находится в мозге. Значит, для того, чтобы отвлечься от сигареты нужно чем-то занять руки, положить что-нибудь вкусное в рот и подумать о чем-нибудь хорошем. Попробуем поразмышлять, что же это может быть.

Кому-то помогают четки и леденцы. Можно перебирать руками бусины четок и в то же время наслаждаться приятным вкусом конфет. Четки помогут успокоиться, а леденцы займут рот и напомнят о детстве. Обычные конфеты с успехом заменит чупа-чупс или любой другой леденец на палочке. Крутите его в руках и не обращайте внимание на друзей, которые всё ещё продолжают курить.

Продолжать эту народную мудрость не будем, поскольку и так всем известно, за чем провожают. И встречают все же по лицу, не так ли? Поэтому не можем не согласиться с господином Гассом Макграутером, профессором Лондонского университета, который настаивает на том, что наше здоровье целиком и полностью зависит от нашей же внешности. А вот физические недостатки способны испортить жизнь любому человеку. Профессор Макграутер так прямо и подчеркивает, что мы с детства приучены сопоставлять характер человека с его внешностью: вспомните любой фильм ужасов - негодяя так и видно благодаря его отталкивающему лицу.

Лицо, несомненно, важнейшая составляющая нашего имиджа - оно мгновенно «подсказывает» собеседнику, с кем он познакомился. Вот несколько остроумных замечаний относительно лица и характера.

Ему везло. Ему всегда патологически везло. Сколько он себя помнил, все всегда происходило в его пользу, и даже, несмотря на очень буйный, вернее, наглый нрав он ни разу не был бит, да что там бит – его и словом матерным особенно никогда не обкладывали. Собирались, рот даже открывали, но тут что-то мешало: то звонок по телефону, то стук в дверь, то чей то окрик, но, как итог, никогда он не слышал в свою сторону жарких оплеух бранных слов. К экзаменам тоже особенно не готовился, а зачем, если можно было выучить только один билет, и именно он то и выпадет на экзамене.

Он не особо осознавал свое везение. Ну как можно осознавать то, что с тобой с самого дня появления на свет божий. Нет, конечно ему говорили, что он в рубашке родился и прочие эпитеты в том же духе, и он даже важно соглашался, но сам свое везение, воспринимал как данность.

У него не было тяжелых пробуждений, он не поднимался с постели сонным и не выспавшимся, не тер до красноты глаза, не плелся походкой воскрешенного мертвеца до спасительной кофеварки на кухню – нет. Он всегда просыпался выспавшимся, бодрым и легкой походкой шел в ванную, где, совершив все нужные физиологические дела, скоблил электробритвой мужественный подбородок с ямкой, брызгал туалетной водой на выбритые щеки, подмигивал своему симпатичному отражению и шел в зал одеваться. Так было всегда до сегодняшнего дня. Сегодня же, когда он брился, призывным звонком разродилась старенькая моторолла, еще с монохромным экраном. Не выпуская из рук бритву, он потянулся за телефоном.