Мимо губ и бокалов льется вино,
Разбиваясь о землю, о сеточку трещин,
Красною вспышкой, словно любовь,
Взорвется огнем и застынет, как плесень.

Ветер с океана замолкнет у рифов,
На жесткий песок обрушив волну,
Она разобьется, отчаянно крикнув
Последнюю песню моря свою.

На серой скале, на краю берегов,
Изящный дворец запер людей
В реках вина, веренице балов
И душ, так похожих на бледных теней.

Они растворяться порхающей птицей,
Опрокинут картины, столы и бокалы,
И только вспорхнув станут лишь бликом,
Исчезнувшим тихо, волшебно и странно…

И кто-то один сквозь осколки окна,
Кинет взгляд на далекие рифы.
Там где легла отдыхать тишина,
Лишая все звуки смысла.

Он пройдет по дворцу, бывший король,
По залам пустынным и сонным,
Руками лаская штор пыльных покрой,
О пол разобьет все бриллианты короны:

Править… что смысла? Все люби вспорхнули
К серому небу на собственных крыльях,
И двери к свободе в миг распахнули –
Шум сделав покоем, а предметы лишь пылью…

Их голоса стали лишь пением,
Далеким и нежным без жалких слов,
В небо взлетели бога изделья
Стирая с бумаг ненужность имен.

Монеты – из дерева, ветви – из золота,
Цены предметов – глупая выдумка.
Король раньше презренный, раньше не понятый,
Шагнул с лестницы вниз, в кухонь смутную дымку.

В этих чертогах так редко бывал,
Так редко пускали людские взгляды,
И только в дали человеческих глаз
Сумел он стереть иллюзорные грани.

…Ее красота – подобна ангельской,
Сердцебиение пускала в пляс…
Людские выдумки об их смертной разности
Тишиною разбились на осколки стекла.

«Что происходит?» - шепнула кухарка,
Когда ей король поставил палец к губам:
«Пропало лишь все, что было неважным,
Мы столько значенья придавали словам…»

И, окунувшись вдвоем в блаженную вечность,
Они по бокалам разлили вино…
Отсутствие слов – вот где беспечность,
И нужно ли что-то, когда есть любовь?